GENOCIDE ORGAN «Save Our Slaves»: боль есть неизбежный симптом мировой системы

Tesco Organisation переиздаёт «Save Our Slaves» — технически третий альбом GENOCIDE ORGAN, хотя хронологически второй: пластинка 虐殺機関, записанная после «Leichenlinie», появилась лишь в 2003 году. Некоторые записи устаревают. Некоторые — наоборот.

GO не нуждаются в представлении — по крайней мере, там, где это имя что-то значит – в среде поклонников индустриальной музыки. Но мифология умеет подменять предмет. Многие знают группу. Вопрос острее: многие ли знают «Save Our Slaves» — не как редкость, не как строку в каталоге, а просто как пластинку. Если нет — вот ваш шанс.

Оригинальный тираж 1991 года был экстремальным с первой секунды существования. Триста пятьдесят пронумерованных копий в раскрашенных вручную картонных коробках, перевязанных красной лентой. На коробке — наклейки: «Save Our Christian America!», «Let The Legend Live In The Grand Ole South!». В отдельных экземплярах лежало бритвенное лезвие. Коллекционные издания — стальные пластины, бетон, цепь. Планировалось тридцать штук. Реальность остановилась на восемнадцати. Эти восемнадцать — одни из самых разыскиваемых артефактов индустриального андеграунда. Когда они всплывают, цена доходит до четырёх тысяч евро. В оригинале эту пластинку видели единицы.

Переиздание Tesco — часть серии с обновлёнными обложками, призванной восполнить хроническую нехватку виниловых релизов GO на рынке. Мечта о «Save Our Slaves» на полке стала достижимой.

GO основаны в Мангейме в 1985 году. Их история неотделима от Tesco Organisation — лейбла, который они сами и создали, ставшего одним из главных институтов европейской силовой электроники. Дебютный «Leichenlinie» — записанный на Strebelwerk в 1987–89-х, вышедший в 1989-м как Tesco 001 — до сих пор стоит особняком: пластинка, вернувшая жизнь жанру, который многие считали более не актуальным. Первый тираж — 291 копия, совместно с De Fabriek. Каждый участник группы оформлял четверть тиража вручную. Все экземпляры уникальны. Более поздние переиздания не обошлись без бритвенных лезвий.

Упаковка как продолжение содержания — у GO это не приём. Это принцип.

Состав группы всегда скрывался за псевдонимами: Вильгельм Херих, D.A.X., Doc M. Riot и — после ухода основателя R. Freisler — Brigant Moloch, известный по работе в ANENZEPHALIA. Никаких постановочных фотографий. Никаких интервью — почти. В 1999 году журнал Descent, например, опубликовал один текст. Группа потребовала убрать. Безуспешно. Живые выступления столь же редки, сколь подробно описаны: балаклавы, горящие кресты, стальные бочки, паяльные лампы. Создание и уничтожение объектов перед залом. Скальпели в упаковках — не мерчендайз. Та же логика, что и всё остальное.

То, что GO строили на протяжении всей карьеры, складывается не в дискографию, а в единое высказывание, где вес винила, выбор фотографии на обложке, название трека и характер звука — части одного жеста. Каждый релиз сопротивляется пассивному потреблению. Требует взамен чего-то от держащего его в руках.

Лина Бэби Долл из DEUTSCH NEPAL знает этот мир изнутри и не понаслышке знаком с жёсткой эстетикой:

«GENOCIDE ORGAN — одно из наиболее физических явлений в индустриальной культуре. Всё, что они выпускали, и все их концерты, которые я посещал, были на сто процентов «ультра» во всех возможных направлениях. Почувствовать вес тяжёлого винила, рассматривать обложки и едва не порезать руки о прикреплённые скальпели на фоне засохших пятен крови на необработанной поверхности — это опыт, заслуживающий долгих и трудных поисков. Меня привлекает не экстремальность сама по себе — а способность удержаться от соблазна уйти в пустошь дешёвого фетиш-коммерциализма. Это признак интеллекта. И стиля».

К 1991 году у GO за спиной уже был «Leichenlinie». Но «Save Our Slaves» оказался другим — плотнее, точнее, злее. Провокации выверены до миллиметра. Упаковка создана так, чтобы оставить след на руках. Новый альбом не искал слушателя. Он его ждал.

Принято считать, что GO питают особую ненависть к Америке. Возможно, именно этот альбом и породил такое убеждение. Шесть треков исследуют конкретную территорию: изнанку американской политической истории — парамилитарные движения, переломные точки борьбы за гражданские права, организованная паранойя эпохи холодной войны. GO ничего не объясняют. Они никогда этого не делают.

Но структура релиза — уже аргумент. Четыре стороны. Каждая имеет имя. Каждое название — рамка для того, что внутри. Знание этих имён меняет всё.

Сторона Сары Паттон Бойль включает в себя один трек — «Patria Y Libertad». Название отсылает к чилийской фашистской парамилитарной организации, пытавшейся в начале 1970-х свергнуть правительство Альенде: взрывы, саботаж, уличное насилие. Все при тайной поддержке США — впоследствии подтверждённой рассекреченными документами ЦРУ. В июне 1973 года организация предприняла попытку военного переворота, потерпела неудачу и наблюдала, как три месяца спустя армия Пиночета завершила то, что им не далось. Основатели впоследствии служили в аппарате безопасности режима. Ее же лидер следующие десятилетия был личным адвокатом Пиночета.

Сторона названа в честь Сары Паттон Бойль — белой активистки из виргинской плантаторской семьи с конфедератскими корнями, ставшей в 1950-е одной из самых яростных белых сторонниц немедленной десегрегации на американском Юге. Мартин Лютер Кинг упомянул её по имя в «Письме из бирмингемской тюрьмы» 1963 года. В 1955-м она опубликовала в Saturday Evening Post статью «Южане полюбят интеграцию». КУ-КЛУКС-КЛАН поджег у неё во дворе крест. Она лишь засмеялась и позвала сына с фотоаппаратом.

GO помещают трек, названный в честь южноамериканских фашистов, на сторону, названную в честь женщины, встретившей Клан в собственном саду. Никаких объяснений. Только столкновение — на полной громкости.

Сторона Bitch — два прямолинейных агрессивных трека: «Death With Dignity» и «Kill Useless Nations». Название стороны грубое, намеренно лишённое любой отсылки. Если все прочие стороны называют человека, место, идею — эта предлагает одно слово и следующую за ним стену шума. «Kill Useless Nations» показывает слушателю образец GO, который станет каноничным,– жесткий шумовой гул и тоталитарный вокал.

Сторона Discrimination — один трек: «Violent Coordinating Committee». Наиболее вероятная отсылка — SNCC, Студенческий ненасильственный координационный комитет, основанный в 1960 году чернокожими студентами, устраивавшими сидячие забастовки в сегрегированных закусочных по всему Югу. По мере радикализации в середине 1960-х членов организации называли «ударными войсками революции». К 1968 году последний лидер SNCC Х. Рэп Браун изменил аббревиатуру — «ненасильственный» стал «национальным», официально обозначив готовность к применению насилия в целях самозащиты. Организация сама отказалась от собственного основополагающего слова.

Сторона Birmingham включает в себя два трека — «I Want James Meredith» и «John Birch Society». Два полюса одной истории на стороне, названной в честь города, где эта история достигла точки кипения.

Бирмингем, Алабама, 1963 год. Кинг назвал его, вероятно, наиболее полно сегрегированным городом в Соединённых Штатах. Бирмингемская кампания — пожарные шланги на демонстрантов, полицейские собаки в толпе, дети, марширующие к Городской ратуше — вынудила федеральное правительство разработать то, что стало Законом о гражданских правах 1964 года. Четыре месяца спустя КУ-КЛУКС-КЛАН взрывает баптистскую церковь воскресным утром. Внутри проводилась воскресная школа — погибли четыре девочки.

«I Want James Meredith» — трек, посвящённый одной из подлинно неудобных для любой из сторон фигур американской истории. В 1962 году Мередит стал первым чернокожим студентом, зачисленным в Университет Миссисипи — решение потребовало постановления Верховного суда и спровоцировало бунт на территории кампуса, унёсший две жизни. Ради его первого учебного дня в Оксфорд, Миссисипи вошли пятьсот федеральных маршалов. На первую лекцию — по американской колониальной истории — он явился в сопровождении военного конвоя.

Мир провозгласил его героем движения. Он так и не принял этот ярлык. «Ничто не может быть более оскорбительным для меня, чем концепция гражданских прав, — говорил он. — Для меня и мне подобных это означает вечное гражданство второго сорта». Республиканец. Яростно независимый. Отвергавший любую категорию, которую движение пыталось на него навесить. В более поздние годы он предложил свои услуги едва ли не каждому члену Сената и Конгресса — и получил лишь один положительный ответ: от архиконсервативного сенатора Джесси Хелмса, одного из наиболее непримиримых противников законодательства о гражданских правах в американской политической истории. В итоге его убрали и оттуда: Мередит публично поддержал бывшего лидера КУ-КЛУКС-КЛАНА Дэвида Дюка на выборах губернатора Луизианы — слишком экстремально даже для Хелмса.

«John Birch Society» — организация, основанная в декабре 1958 года Робертом Уэлчем, бывшим кондитером, изобретателем Sugar Babies и Junior Mints, считавшим, что президент Эйзенхауэр является сознательным агентом коммунистического заговора. Среди ее основателей-финансистов — Фред Кох, отец Чарльза и Дэвида Кохов: промышленных миллиардеров, ставших впоследствии наиболее влиятельными частными спонсорами американской консервативной политики и потративших сотни миллионов долларов на переформатирование Республиканской партии по идеологическому образцу своего отца. На пике своего влияния общество насчитывало до ста тысяч членов в тайных ячейках по всей стране. Историки утверждают, что ни одна другая организация не сделала больше для закладки фундамента под экстремистскую трансформацию американского консерватизма.

«John Birch Society» сбивает с толку — аномалия не только этой пластинки, но и всего раннего GO. Обычно ритма в музыке группы нет — есть шум, есть агрессия, есть коррозийный звук, который не пульсирует, а давит. В этом треке ритм не просто есть, он пульсирует и увлекает за собой. Поклонники GO наверняка не раз задавались вопросом: что получилось бы, пойди группа этим путём? Они выбрали агрессию. Но момент зафиксирован.

Во что верят GENOCIDE ORGAN, на чьей они стороне, что всё это означает — эти вопросы остаются намеренно открытыми. Всегда. Единственное публичное высказывание по этому поводу — фраза из интервью 1999 года, которое группа попыталась убрать из доступа: «Мы никогда не говорим то, что думаем, и никогда не верим в то, что говорим, а если мы случайно говорим правду, мы прячем её под таким количеством лжи, что её трудно обнаружить».

Tesco завершает свой анонс пятью словами: «Pain is an inevitable symptom of the world system» — боль есть неизбежный симптом мировой системы. Не провокация и не лозунг. Клиническое наблюдение, которое четыре человека из Мангейма отстаивают без компромиссов и извинений уже четыре десятилетия.

«Save Our Slaves» — не пластинка о прошлом. Это пластинка о механизме, который воспроизводит прошлое снова и снова — в сменяющихся костюмах, с теми же руками на рычагах. Адвокаты Пиночета. Деньги Фреда Коха. Пятьсот маршалов ради одного первого учебного дня. Стальные коробки с лезвиями внутри, собранные в Мангейме людьми, которые разглядели то, на что остальной музыкальный мир предпочитал не смотреть слишком пристально.

Андеграунд принял это. Передавал из рук в руки. Платил немалые деньги за то, что для большинства навсегда останется легендой на чужих полках. Потому что некоторые записи — не продукты.

Улики.

Переиздание доступно через Tesco Organisation. Содержание не стало мягче. Контекст не обновлялся — потому что в этом нет особой нужды. Организации, о которых рассказывали GO, просто сменили вывески. Методы получили ребрендинг. Суть осталась. «Тур продолжается — ничего не изменилось».

«Добро пожаловать в двадцать первый век. Наше слово — наш поступок. Для кого?»

Прочтите это в 2025 году и решите для себя: перед нами переиздание или все-таки очередной выпуск новостей продолжающейся катастрофы?

Включите. Громко. Как это и задумывалось.