Белые холмы, забытые тени: HEMLOKK

Западный Суссекс. Меловые холмы Саут-Даунс — белые, как кость, древние, как сама память об этой земле. Где-то здесь, среди болот и норманнских руин, живёт и работает Этельхейд — единственная участница нeoфолк и блэк-метал проекта HEMLOKK. Она не объясняет свою музыку — она показывает на карту. Вот Пулборо, где её предки гнули спину в полях. Вот Хардхэм, где в церкви XII века до сих пор смотрят со стен норманнские фрески, а в примыкающей келье когда-то замуровал себя анкорит, прожив там до самой смерти. HEMLOKK — это не проект про ее землю. Это голос самой земли — прорвавшийся сквозь века молчания.

Есть артисты, посвящающие музыку особым местам. Есть те, кто сам соткан из этих мест. Genius loci, как говорили римляне. HEMLOKK — именно такой случай. Его единственная участница Этельхейд впервые заявила о себе в 2023 году — и с первого же сингла стало понятно: эта музыка выросла не из влияний, не из референсов, а из самой почвы меловых предгорий и древних лесов Западного Суссекса. Сырая прямота атмосферного блэк-метала сплелась здесь с лаконичной интимностью неофолка.

Англосаксонское язычество, местный фольклор, почти физическая привязанность к ландшафту Саут-Даунс — всё это питает музыку, которая ощущается не как перформанс, а как акт поминовения. Вот что говорит об этом сама Этельхейд:

«Унесённые этим вечно меняющимся приливом, мои мысли теряются в волнах; приглушённый голос дуба шепчет среди наших пустошей, неся с собой опавшие листья. Я иду по этим белым холмам из мела и глины, неся в себе ностальгию тысячи лесов, через которые дует всё тот же ветер, напоминая мне о доме».
— Этельхейд

Забытые призраки, древние руины, медленное поглощение природой того, где когда-то бурлила жизнь — эти темы не выбраны. Они унаследованы. Они — живая плоть пейзажа, ее породившего.

Хайди Хилдред Брамбер, она же Этельхейд, она же H. — живёт в Суссексе, пишет музыку и занимается изобразительным искусством. Сочетание не случайное. Визуальные работы под именем @thaumaturge_artworks несут ту же чувствительность, что и музыка: детализированные, архаичные, внимательные к фактуре и символу. Обе практики питают друг друга.

Музыка Хайди строится на акустической гитаре, фортепиано, голосе и полевых записях из лесов, болот и прибрежных утёсов. Карканье ворон, шелест листвы, звон колокола, шум дождя — всё это возникает в её композициях не как декорация, а как полноправный структурный элемент, несущий ту же нагрузку, что и слово. Этельхейд называет HEMLOKK способом передачи «исторических вибраций» меловых холмов Саут-Даунс. Фраза звучит поэтично — и одновременно работает как точное техническое описание.

Деревня Пулборо, в нескольких километрах к северу от холмов — место особое: здесь жили предки нашей героини, работали в полях, на фермах. Рядом — церковь Святого Ботольфа XII века в Хардхэме, чьи стены украшены одними из старейших сохранившихся в Англии норманнских фресок. Она стала визуальным якорем альбома 2026 года: ее колокольня смотрит с обложки, здесь же сделана фотография для сингла Quietude. Говорят, в келье при этой церкви жила анкоресса; потом, в 13 веке, там провёл большую часть жизни и умер анкорит Приор Роберт. Ландшафт HEMLOKK — это ландшафт, в котором семья Этельхейд жила поколение за поколением. Темы её музыки не придуманы — они вросли в эту землю задолго до неё: язычество, следы норманнского завоевания, непростой средневековый сельский быт, и тот неотвратимый процесс, в котором ландшафт поглощает и переживает следы человеческой истории. HEMLOKK — глубоко региональный проект. Он мог возникнуть только здесь.

Проект HEMLOKK публично заявил о себе в 2023 году дебютным синглом Whispers from the Mire — монотонным,  минималистичным, предельно сырым, с навязчивыми проблесками фортепиано. Меланхоличные мелодии, необработанный звук, образы окружающих норманнских руин — прежде всего замка Брамбер, разрушенного укрепления XI века в нескольких километрах от Саут-Даунс. Месяц спустя вышел сплит Fragments of Empires Long Buried совместно с британским блэк-метал / данжн-синт проектом VASSUS. Два дебютанта шумно и уверенно ворвались в британский метал-андеграунд, и эта коллаборация задала тон, во многом определивший дальнейшее развитие HEMLOKK.

Но прежде чем блэк-метал разогнал тишину Саут-Даунс, Этельхейд — начавшая заниматься музыкой лет в пятнадцать — работала с эмбиентом и лоу-фай электроникой: дроун-ландшафтами и тем, что она сама называет hypnagogic dungeon synth. Эти ранние записи тихо циркулировали в андеграундных кругах, часть из них оставалась приватной или существовала лишь в формате демо. Они были не столько предтечей HEMLOKK, сколько его фундаментом: закладывали то обострённое чутьё к атмосфере и фактуре, которое позже направило звук сквозь акустические инструменты и тексты про былое и древних богов.

Музыка HEMLOKK прошла путь, который легче почувствовать, чем описать. Начало — данжн-синт и дроун, клавишные и лоу-фай, обычная для андеграунда “темная” средневековая атмосфера без адреса и прописки. Потом, в 2023-м, резкий сдвиг: блэк-метал врывается в картину, как зимний ветер в незакрытую дверь, и несколько лет HEMLOKK существуют на этом разломе между яростью и меланхолией, между рёвом и акустикой. А затем, к 2025–2026 годам, ярость уходит — не потому что иссякла, а потому что стала больше не нужна. Осталось то, что было с самого начала: почва, тишина, память. Три стадии — но не три разных проекта. Одна и та же точка, к которой Этельхейд пристреливается всё точнее.

Наиболее значимая коллаборация в карьере HEMLOKK — партнёрство с HYRDE, коллегой по британскому андеграунду, чьё творчество вплотную соприкасается с темами, близкими Этельхейд.

Совместный альбом Feohland вышел в мае 2025 года на лейбле House of Inkantation: двенадцать треков, пятьдесят пять минут, сведение — Маркус «Schwadorf» Сток из EMPYRIUM. Пластинка движется от бурлящего блэк-метала — как в Wealden Warrior — к спокойным меланхоличным неофолк-пассажам, вдохновлённым жизнью и историей англосаксов: яростными битвами, песнями матерей у дымных очагов, идиллией пастбищ и сумрачной прохладой древних лесов. Эта работа, судя по всему, повлияла на сольное творчество Этельхейд: минимализм Letter to the Buried, вышедшего год спустя, отчасти читается как осознанный ответ на масштаб коллаборации — возвращение к личному, интимному, своему.

Второй полноформатный альбом HEMLOKK вышел в феврале 2026 года. Сама Этельхейд формулирует его суть так:

«Letter to the Buried оплакивает ушедшие поколения и призраков, которые остались позади. Опустевший дом фермера, сельская церковь, когда-то полная жизни, надгробие, скрытое под слоем мха. В мире серого и синего, где болотный воздух густ от зимнего тумана, под каждым лихгейтом, у каждого ряда выцветших могил скрывается память».
— Этельхейд, о «Letter to the Buried»

Тихая запись — даже по меркам неофолка. Акустическая гитара, фортепиано, голос, полевые записи: вороны, дубы, дождь. Инструментов немного, производство лишено студийного лоска — оттого всё звучит случайным, услышанным, а не сконструированным. Церковь Святого Ботольфа в Хардхэме, чья колокольня смотрит с обложки, визуально закрепляет альбом в том ландшафте, который он описывает звуком.

Неофолк давно и с удовольствием хоронят — примерно с тех самых пор, как он появился на свет. Letter to the Buried звучит как ответ на этот некролог: в нём есть теплота ранних OF THE WAND AND THE MOON, прямота акустических баллад KING DUDE и та исповедальная искренность, за которую ценят Chelsea Wolfe. И все это в каноне, заданном еще британскими отцами-основателями в конце прошлого века. Но перед нами не компиляция влияний — это музыка, которая могла возникнуть только в одном месте, у человека, у которого это место в крови — буквально, по документам, по метрикам предков.

Тексты альбома работают так же, как его музыка — через простоту, за которой при ближайшем рассмотрении скрывается вовсе не простота:

Когда долинный туман окутывает низину,
всё глубже, глубже — в твою могилу,
земля под ногтями, темнота всё ближе,
бледный туман сочится и подступает.
— «Bloodstained Fields»

Дрейфовать,
блуждать между мирами,
гром —
и дождь срывается с небес,
усталый взгляд
тонет в горизонте.
— «Quietude»

Первая песня — неумолимое, почти ритуальное погружение в землю, в историю, в потерю; сумрачная образность Chelsea Wolfe здесь слышна особенно отчётливо. Вторая — медленное дрейфование между мирами, холодный покой в непогоде и одиночестве; интонация та же, что у лучших баллад KING DUDE. Обе композиции точно очерчивают эмоциональное пространство альбома.

Некоторые музыканты на протяжении всей жизни ищут свой звук в чужих городах и чужих студиях. Этельхейд просто вышла за порог. Letter to the Buried — это дорога домой, которую она знает с детства: белые, словно кость, холмы, горьковатый воздух суссекских болот, поросшие бархатом мха надгробия у храма. Всё это тихо ожидало, пока кто-то не остановится, не услышит и не заговорит от их имени. HEMLOKK — это их голос.